Home Статьи, публикации Публицистика "Дедонька" - так ласково называли глазовчане схиепископа катакомбной Церкви Петра (Ладыгина)

Пожертвуйте на газету

PayPal
Яндекс.Деньги

Voice-Love

"Дедонька" - так ласково называли глазовчане схиепископа катакомбной Церкви Петра (Ладыгина)

П. ЛадыгинПредисловие
«В современных публикациях по истории Русской Православной Церкви XX века существует ряд недоуменных вопросов, связанных с реакцией российского духовенства и православного народа на декларацию митрополита Сергия от 27 июля 1927 года об отношении Русской Православной Церкви к советской власти. Эта декларация нередко становилась разделяющей чертой между православными иерархами, многие из которых в наши дни Русской Православной Церковью (РПЦ) причислены к сонму святых новомучеников и исповедников Российских...

В 1981 году РПЦЗ был прославлен епископ Виктор (Островидов) в сонме Новомучеников и Исповедников Российских. Позиция же РПЦ в отношении к епископу Виктору на тот момент была резко отрицательной, о канонизации не могло быть и речи. Милостью Божией Русская Православная Церковь вновь воссоединилась. Таким образом, многие противоречия были преодолены. В настоящее время позиция и деятельность противников митрополита Сергия характеризуется Церковью в качестве «правой» церковной оппозиции, а не церковного «раскола».

Одними из первых, кто выступили против церковно-политического курса митрополита Сергия были епископ Виктор (Островидов) и схиепископ Пётр (Ладыгин). Два имени, упоминая которые, можно услышать далеко не однозначную оценку...
Много общего мы можем найти в жизни схиепископа Петра (Ладыгина) и святителя Виктора (Островидова). Одно из первых, в чем их обвиняют, это их одинаковое отрицательное отношение к Декларации митрополита Сергия. Схиепископ Пётр, так же, как и святитель Виктор, не признавал возможность лояльного отношения к советской власти, он указывал, что не может принять декларацию по каноническим основаниям...
Схиепископ Петр (Ладыгин) - выдающийся деятель в истории Русской Православной Церкви. Его имя неразрывно связано с историей Русской Православной Церкви в ХХ веке...
На его имени сейчас также пытаются создать себе славу и оправдать свои действия те же раскольнические организации. Например, в 2008 году в Одессе прошел «собор» такой организации именующей себя «Русская Истинно-Православная Церковь», на котором был причислен к лику святых схиепископ Петр (Ладыгин). Складывается впечатление, что эти раскольнические общины действуют по одному сценарию».

Вятское духовное училище. vdschool.ru

П. Ладыгин

Схиепископ Петр (Ладыгин), один из известнейших в православном мире уроженцев Глазовской земли, вошел в историю как сподвижник Патриарха Тихона. В городе Глазове схиепископ Петр родился, и здесь же завершился его долгий и полный испытаний жизненный путь.
В судьбе владыки нашла свое полное отражение бурная и трагическая история Русской Православной Церкви в ХХ веке. О личности и жизни Петра существует немало противоречивых рассказов и легенд. Сама его биография порою напоминает то евангельское житие, то приключенческий роман.
Детство и юность этого незаурядного человека прошли в селе Селег, в 80 верстах от уездного города Глазова. Его родители - крестьяне Трофим и Феодора Ладыгины, были людьми бедными и благочестивыми. В 1865 году они совершили паломничество в город Слободской - поклониться недавно обретенной чудотворной иконе Божьей Матери «В скорби и печали Утешение». Через год − 1 декабря 1866 года (по старому стилю) − у Ладыгиных родился сын. При крещении мальчик получил имя - Потапий.
О своем детстве схиепископ Петр вспоминал так: «Восьми лет я начал учиться от священника старичка отца Павла. Школ у нас еще не было. Ходил я к нему две зимы. Вот и все в юности моей образование. В 1875 году привезли к нам с Афона эту икону Божьей Матери «В скорби и печали Утешение». Мне было 10 лет. Я настолько к ней прилепился, что когда приходил в церковь, и брали икону служить молебен, то у меня всегда текли слезы, - что-то влияло необыкновенно».
Когда Потапию исполнилось 18 лет, отец надумал женить его как старшего сына в семье. Несмотря на свое нежелание жениться, парню пришлось подчиниться воле отца. Через год после свадьбы Потапий на рыбалке застудил ноги. Начался жестокий ревматизм. Юноша не мог встать с постели все лето, пока его не вылечил старичок-странник. Но очень скоро в семью Ладыгиных приходит новая беда. После чудесного исцеления Потапия после родов уходит из жизни его жена Екатерина, а вслед за ней умирает двухмесячная дочь. После этой трагедии Потапий, исполняя данный во время болезни обет, уходит по призыву в армию.
Его воинская служба проходила в 129-м пехотном Бессарабском полку, расквартированном в Киеве. По воскресениям в увольнительные Потапий любил посещать Киево-Печерскую Лавру и пещеры. Особенно часто он приходил к столетнему старцу Ионе Киевскому, духовному сыну преподобного Серафима Саровского. Незадолго до окончания воинской службы молодой унтер-офицер обратился к Ионе за благословением для поступления послушником в Лавру. Но старец посоветовал сначала совершить паломничество к святым местам в Палестине и Греции. В сентябре 1892 года Потапий вернулся домой и поступил на Ижевский завод. Летом 1893 года, заработав необходимые средства, он отправляется за границу. Посетив Иерусалим и святую гору Афон, Потапий, после долгих колебаний и сомнений становится в январе 1894 года послушником Андреевского скита на Афонской горе.
Потапий очень скоро завоевал уважение и доверие монастырской братии. В Великий пост 1896 года Потапий был пострижен в рясофор и получил имя Пигасий, а спустя два года пострижен в мантию с именем Питирим. В 1901 году Питирим был послан на послушание на Афонское подворье Санкт-Петербурга как иподиакон и казначей обители. Спустя год он вернулся на Афон и 25 сентября 1904 года был рукоположен в иеромонаха.
В обители брат Питирим продолжал занимать очень ответственную должность эконома. В его обязанность входило попечение о провизии для многочисленной братии и паломников. Иногда в праздничные дни приходилось готовить угощение для 5000 человек. Кроме того, под надсмотром Питирима в монастыре были построены новые кельи, гостиница и усыпальница, устроена мельница и впервые проведен водопровод.
Брат Питирим, зарекомендовавший себя с наилучшей стороны, и как усердный молитвенник, и как человек с отменной деловой хваткой, в 1911 году был назначен в город Одессу исполняющим обязанности настоятеля Афонского подворья, служившего местом для проживания и молитв паломников на Святую Гору Афон. Но вскоре для Питирима начались многие скорби, предсказанные ему в его пророческих снах.
В январе 1913 года на Афон проникла ересь «имябожничества», учившая, что «в имени Иисус заключается Сам Бог». В Афонских монастырях начались ожесточенные споры и раздоры. Андреевский скит был силой захвачен сторонниками ереси во главе с иеромонахом Антонием Булатовичем, бывшим офицером и сыном богатого помещика. Но Питирим не стал подчинять самозванцу свое Одесское подворье. Позднее он изгнал из Одессы приехавших с Афона посланцев Антония.
В ответ иеромонах Антоний Булатович сам приехал в Россию, но едва не был арестован по представлению Синода. Глава афонских еретиков сбежал и при помощи покровителей добился заступничества со стороны императора Николая. Тогда архимандрит Питирим поехал в Санкт-Петербург и, навестив каждого из членов Синода, убедил всех послать комиссию на Афон. В итоге усилиями комиссии Синода и правительства Греции ересь на Афоне была ликвидирована. Кроме того, Питирим сумел добиться личной аудиенции у самого Николая II. После встречи с императором он был приглашен на завтрак во дворец в Царском Селе. Сидя за одним столом с царствующей четой, княжнами и наследником, афонский монах не стушевался и сумел окончательно убедить собеседников в своей правоте.
В годы Первой мировой войны архимандрит на Афонском подворье открыл лазарет для раненых на 25 коек, а затем взял под свое управление два молдавских монастыря. За свои заслуги он был награжден наперсным крестом, а затем орденами Святой Анны 2-й и 3-й степеней.
В июне 1918 года недавно избранный Патриарх Московский и всея Руси Тихон вызвал Питирима из Одессы в Москву и благословил на поездку в Константинополь для вручения Вселенскому Патриарху уведомления об его избрании. Но для выезда архимандрита из Москвы потребовался пропуск от самого Ленина. Отец Питирим сумел добиться встречи с главой Советского государства. Ленин коротко расспросил монаха о его положении на Украине, напоил чаем и распорядился выдать необходимые документы.
Архимандрит сумел выехать за границу и посетить Константинополь. Выполнив поручение Тихона, Питирим в последний раз посетил родной ему Афон и вернулся в Россию с ответным посланием Вселенского Патриарха.
После возвращения архимандрит продолжал служить в Одессе. В 1923 году Питирим был арестован большевиками, а затем выслан вместе со всеми монахами афонских подворий из города. Он поселился со своей братией на хуторе Еремеевка в 60-ти километрах от Одессы. Через год архимандрит был снова арестован и отправлен в ссылку в Уфимский край.
По дороге он посетил в Москве Патриарха Тихона и получил предложение стать епископом Ерамска. Но отец Питирим был болен, и он попросил Тихона отложить его рукоположение. Архимандрит уехал в Глазов, куда к тому времени переехали его родные. Но пока он лечился на родине, пришло известие о смерти Патриарха.
В уфимской ссылке Питирим основал тайный монашеский скит. 8 июня 1925 года архимандрит, согласно воле покойного патриарха Тихона и желанию верующих Уфы, приехал на станцию Теджен в Туркмении и был тайно хиротонисан ссыльными владыками Андреем (Ухтомским) и Львом (Черепановым) во епископа Нижегородского (по названию одного из районов города Уфы).
Епископ Питирим вернулся в Башкирию и стал викарным епископом Уфимским. Жил в селе Воскресенском, в келье своего маленького тайного монастыря. Там он принимал верующих, лечил больных. 21 апреля 1927 года епископ Питирим принял схиму с именем Петр.
По своим убеждениям владыка принадлежал к так называемой Единой древлеправославной церкви (Андреевцы), возникшей благодаря знаменитому архиепископу Андрею (Ухтомскому), в 1925 году рукоположившего Петра в епископы. Это было одно из отделений «катакомбной» (т.е. подпольной) церкви, существовавшей независимо и от советских властей, и от Московской Патриархии.
В капитальном труде митрополита Мануила (Лемешевского) о русских православных архиереях содержится такая характеристика схиепископа Петра: «Епископ Питирим, в схиме Петр, был творцом Иисусовой молитвы, имел дар слёз и прозорливости. Спал три часа в сутки, сидя в кресле, а ложился в постель только во время болезни. Живя в затворе, совершал полный афонский устав. В его правило входило 1350 поклонов поясных и 135 земных. Был высокого роста, широкоплечий, несмотря на преклонный возраст, фигура была прямая. Волосы на голове и бороде были белые и длинные».
В 1928 году Петр ушел на покой. Но очень скоро его тайный монастырь был разгромлен, все его немногочисленные обитатели − Петр, трое поставленных им священника и четыре монахини − были арестованы. Владыка был приговорен к двум годам тюремного заключения и пяти годам ссылки. Отбывать наказание уже немолодому владыке пришлось в самых разных районах страны: в Архангельске, в городе Ашха Челябинской области, а Екатеринбурге, в Бутырской тюрьме в Москве, в Ярославле.
В 1933 году схиепископ был освобождён. Он снова вернулся в Глазов, где на два с половиной года тайно поселился у родных. Некоторое время прожил в Уфе. В одном из писем он так описывал свое пребывание в Башкирии: «Теперь живу на покое, при моей кафедре, в праздники служу раннюю. Здесь наши верующие, и правящий епископ Руфин, митрополита Сергия не признают, у нас автокефалия».
В 1936 г. владыка Петр тайно посетил Ижевск, где поселился в квартире игумена Иакова Башкова. В столице Удмуртии схиепископ жил замкнуто, ни у кого не бывая и никого не принимая.
Как вспоминал духовный сын владыки Петра схиархимандрита Серафима (Томина), в 1936 году владыка в городе Оренбурге организовал новый тайный монастырь. Согласно рассказу Серафима, схиепископ, «на учет в НКВД, как того требовали правила, не встал, а скрылся у своих духовных чад − монахинь закрытых монастырей. В подполе одного из домов для него выкопали потайную землянку, где он жил и ежедневно совершал богослужения». Вместе с ним в домике наверху проживала небольшая группа монахинь и учеников Петра «не более 5-10 человек». Сам владыка жил в подполье, в полном затворе согласно афонскому уставу. Изредка ночью Петр выходил подышать свежим воздухом. Несомненно, что число его духовных детей было гораздо больше тех, кто жил с ним в тайной обители. Среди «катакомбников» имя схиепископа Петра пользовалось большим уважением, почитанием и популярностью.
Власти уже начали поиски непокорного владыки, и в 1937 году Петр вместе с родными переехал из Глазова в Калугу, где снова жил на нелегальном положении. С 1940 по 1945 годы он скрывался в Белорецке (в Башкирии). Схиепископ Петр так описывал этот период своей жизни: «жили спокойно, занимались земледелием и дома молились».
В 1945 году в Уфе последовал новый арест владыки. Приговор: пять лет ссылки в Среднюю Азию. В общей сложности Петр за верность вере православной отбыл более десяти лет неволи. У схиепископа не было ни прописки, ни документов, но его духовные дети помогли совершить побег. Владыку Петра переодели в узбека, надели чалму и тайно вывезли в Самарканд. Будучи уже в возрасте 79 лет, вместе с единомышленниками, Петр из киргизского города Джелалабад ушел в горы Тянь-Шаня по направлению к китайской границе. «Катакомбники», навьючив свое имущество, иконы и богослужебные книги на ишаков, шли безлюдными тропами восемь дней. В горах беглецы прожили в уединении несколько лет, следуя строгому афонскому уставу и питаясь трудами рук своих. Всего в общине насчитывалось 20-25 тайно постриженных схиепископом Петром монахов, среди которых были и бывшие насельники закрытых монастырей, и совсем молодые люди. В обители была своя церковь, братия жила в 12 построенных ими кельях. Несмотря на тайный характер обители, «катакомбники» признавали патриарха Алексия Московских и всея Руси главой Русской Церкви и молились за него.
Рассказывали также, что в 1949-1951 годы владыка скрывался в Белоруссии и на Кубани. В 1951 году обитель в горах прекратила свое существование. Тайный монастырь был случайно замечен с самолета. На «кукурузнике» прилетела милиция и вывезла «катакомбников» на «большую землю». Монахи были приговорены к тюремному заключению. Сам же престарелый владыка был заключен под домашний арест в его родном городе Глазове..
Сначала Петр ютился у своей двоюродной племянницы А.П. Ушаковой на кухоньке в ее квартире. Затем две монахини − почитательницы Петра − Нина Максимовна Ложкина и его родственница Елизавета (Шишко Ксения Григорьевна) − купили для старца на свое имя небольшой дом №1 в переулке Дальнем на окраине Глазова.
В 2007 году Алина Дьяконова, ученица 10 «а» класса средней школы №2 г. Глазова и ее руководитель - Марина Ринатовна Главатских, составляя реферат-исследование о жизни владыки, выяснили, что в настоящее время на месте переулка Дальний, где жил схиепископ Петр, находится детский сад № 33 «Олененок» по улице Буденного.
Владелицы дома преданно ухаживали за своим постояльцем. В доме по переулку Дальнему схиепископ жил меж 2-х простенок или в подполье в полной темноте. К старости Петр полностью потерял зрение. Но ослепший старец диктовал своим помощницам воспоминания, продолжал помогать нуждающимся людям, вел службы на дому, причащал и крестил.
«Дедонька» - так любовно называли в Глазове владыку знавшие его люди. Антонина Соболева, родственница схиепископа Петра, вспоминала:
«Дедонька был прямой, высокий, ходил, как будто он зрячий, никогда не протягивал руки вперед, как делают слепые. Очень много молился... Во время сна его руки автоматически перебирали четки: и в сонном состоянии творил молитву Иисусову...»
Александр Соболев, сын Антонины Александровны, запомнил схиепископа таким:
«Когда вошли, увидели старого человека, лежащего на койке. Длинные седые волосы, седая борода, окладистая, но не пышная, как бы истончившаяся от времени. Бледное изможденное лицо аскета и неподвижные открытые незрячие глаза. Ему сказали: «Пришла Антонина с сыном. Его лицо озарила улыбка. Так открыто улыбаются только дети. Зубов почти не было, но это нисколько не портило его улыбающийся образ. Он обрадовался, пригласил нас сесть. В эту встречу он меня благословил. Силу его благословения я чувствую на себе всю жизнь».
За Дедонькой также присматривали соседи из соседнего дома: кто пришел, кто ушел, и доносили об этом в милицию. Однако люди все равно шли к старцу. По словам очевидцев, об этом доме нельзя было рассказывать посторонним, но многие знали, что там тайно проживает старец.
Схиепископ Петр (Ладыгин) ушел из жизни 19 февраля 1957 года в 3 часа ночи в возрасте 91 года. Схиепископ, как и многие старцы, заранее знал день своей смерти, знал, что его едет отпевать игумен Арсений, знал, что поезд опаздывает на четыре часа, и даже хотел отпеть себя сам. Как только приехал игумен Арсений и произнес, войдя на порог: «Прощаю и разрешаю грехи твои», Петр сразу же предал дух Господу. Владыка завещал похоронить его без гроба по Афонскому уставу. Он просил: «Когда после моей смерти будете раздать милостыню, просите людей, чтоб поминали плотника Петра...»
Погребли старца на старом городском кладбище. Рассказывали, будто бы останки Пестра (Ладыгина) были перевезены на святую гору Афон. Однако ухоженная могила схиепископа до сих пор находится на кладбище за переездом у поселка Сыга. Говорят, что у места его погребения происходят чудеса и исцеления. На могиле стоит простой металлический крест с краткой надписью: «Здесь покоится раб Божий Петр».

Кочин Глеб, г. Глазов

Комментарии   

 
0 #1 Анатолий Гончаров 20.02.2016 08:59
Замысловатое предисловие в кавычках. Не понять, автор за или против тех формулировок.
И давайте не будем говорить, что он родился в Глазове, а рядом - в Селеге, 90 км от Глазова.
В остальном - всё отлично, проделана большая работа по биографии схиепископа Петра Ладыгина. И если Виктора Островидова признали святым обе церкви, то почему бы не ходатайствовать перед РПЦ за Петра Ладыгина?
Цитировать
 

Актуальные публикации

Закладки

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru